karl-lagerfeld-parcours-de-travail-by-jean-luc-monterosso

KARL LAGERFELD : PARCOURS DE TRAVAILЖАН-ЛЮК МОНТЕРОССО

Вступление к выставке
от директора Европейского Дома Фотографий

15 сентября – 31 октября
Maison Européenne de la Photographie
5-7, rue de Fourcy
75004 Paris

Как человек становится фотографом — по призванию или по необходимости?
В случае Карла Лагерфельда ответ прост: он стал фотографом благодаря вызову.
Все началось больше двадцати лет назад, когда Карл Лагерфельд, разочарованно глядя на фотографии новой коллекции, решил, под доброжелательным давлением своего коллеги и друга Эрика Фрундера, самостоятельно взяться за камеру, смотреть в объектив и создавать собственные изображения.
Фотография «это приключение, как и сама жизнь, - писал Гарри Каллахан. - Тот, кто хочет выразить себя через фотографию, должен понять свои отношения с жизнью».
Выставка 'Parcours de travail' стала ретроспективной иллюстрацией блистательной деятельности человека тонкого вкуса и высокой культуры, который показывает красоту линий, форм и цветов через моду и фотографию. Про этого человека можно сказать, что каждый день его жизни посвящен изображениям, его единственное стремление — изобретать новые способы видения мира.
Его кредо — смотреть всегда, смотреть везде, неустанно, с огромным любопытством и аппетитом, и выбирать, что именно стоит видеть. Опираясь на это, он делает портреты, пейзажи, снимки архитектуры и обнаженной натуры, и даже натюрморты.

Карл Лагерфельд много работает в студии. Сам аппарат для него не имеет большого значения: он работает одинаково хорошо и с камерой 20 x 25, и 24 x 36, и с цифрой, окруженный преданными и мотивированными ассистентами. Он тщательно выбирает моделей и старается дать им главную роль. «Мы не должны подавлять моделей, - говорит он. - Мы должны давать им свободу».
Когда у Карла Лагерфельда есть заказ, он ведет себя, по собственному выражению, как серийный убийца. Он продвигается вперед, несмотря на сложности или препятствия. Но этот серийный убийца отслеживает и уничтожает  только несовершенства. Нет сомнений, что многие из его модных фотографий остаются в моде даже тогда, когда момент прошел. Они изменяются, улучшаются и выходят за рамки своего контекста, так же, как снимки Аведона и Питера Линдберга.
Его обнаженные модели всегда элегантно прикрыты: они скромны, никогда не бывают непристойными.
У Карла Лагерфельда нет желания шокировать или провоцировать. Мы далеки от мира Вольфганга Тильманса или скандально известной «Истории секса» Андреса Серрано. Трансгрессия, если она и встречается, всегда ментальна — например, в серии под названием The Beauty of Violence, где, в дионисийском танце, юный Батист Джиабикони демонстрирует мощные импульсы желания, в то же время постоянно ускользая от объектива и не показывая своей наготы. 

Карл Лагерфельд делает большую часть своих изображений в огромной студии, которая напоминает кафедральный собор, по стенам весь уставленный тщательно классифицированными книгами. Это место часто сравнивают с Фабрикой Уорхола и несправедливо, поскольку мир человека, который хотел быть машиной, находится на противоположной стороне вселенной от Карла Лагерфельда с его этикой и практикой.
Фабрика в Нью-Йорке была местом для анонимного креативного процесса, основанного на повторениях и стереотипах. Здесь — ничего подобного. Моделью Карла Лагерфельда остается мастерская высокой моды, где даже простое пришивание пуговицы становится искусством. Кроме бутылки диетической колы на столе, ничто здесь не напоминает об Америке 1960х и ее разочарованиях.
Studio 7L в самом сердце Парижа — приятное и светлое место. Небольшая команда работает в собственном ритме в теплой атмосфере, где юмор часто берет верх над серьезностью и концентрацией. Это в полном смысле мастерская изображений, где создаются уникальные работы.

В истории фотографии немало примеров творческих людей, которые совмещали параллельно разные направления деятельности.

Дега, Льюис Кэрролл и Бранкузи — назовем лишь самых знаменитых — использовали фотографию, каждый по своему, и создавали оригинальные и новаторские работы. Однако, если Дега стремился зафиксировать свою живопись, а Бранкузи — показать свои скульптуры в пространстве, Карлу Лагерфельду импульс дают рисунки. Линия предшествует форме, а форма воспринимает свет. «Я составляю композицию фотографии так же, как и при работе над рисунком, но освещение дает ей новое измерение (2)». Таким образом, фотографировать — значит не только писать светом, но также и рисовать им, и составлять композицию.
Для многих фотографов — особенно фотожурналистов — экспозиция является моментом риска. Не только в смысле опасности, но также потому, что схваченный момент никогда не повторится. Тем не менее, существует ряд фотографов, для которых экспозиция — лишь стадия творческого фотографического процесса. Процесса, который включает в себя лабораторию, проявку и печать. Для них выбор бумаги, а также чернил и красок — важнейшее дело. Карл Лагерфельд в этой области великолепен. «Бумага — мой любимый материал, это отправная точка для рисунка и конечный результат для фотографии (3)». Что касается всех процессов, старых и новых, будь то золотая и серебряная печать, резинотипия, Полароид, растровая печать, цифровая печать, и тд. , Анн Картье-Брессон в своей работе “Заметки о материалах изображений Карла Лагерфельда» (Notes on the material of Karl Lagerfeld's images) верно отметила следующее: «За период с 1987 года по настоящий момент, в технологиях экспозиции и печати произошло много существенных изменений. Карл Лагерфельд следовал переменам, но также опирался на параллельное развитие альтернативной пленочной фотографии, которая, как высокая мода, способна подчеркнуть и выделить в изображении аспект ручной работы, ремесленничества, что приводит к появлению уникальных произведений».

Карл Лагерфельд признается в страсти к Альфреду Штиглицу, Эдварду Стейхену, Кларенсу Хадсону Уайту, а также к немецкой фотографии 1920-х годов. Также его работы перекликаются с другими областями искусства, такими как живопись, кино, архитектура и даже комиксы. 

В «Посвящение Оскару Шлеммеру» входят серии, вдохновленные фильмом «Метрополис» Фритца Ланга и кинокартинами Мурно, в то время как другие изображения отсылают к творчеству таких художников как Сэр Лоуренс Альма-Тадема или Каспар Дэвид Фридрих с его восхитительными пейзажами, или даже Фредерик Эдвин Черч.
Карл Лагерфельд развивается в этих разнообразных сферах с большой элегантностью и юмором. Он одинаково интересуется неподвижными и подвижными изображениями и, можно считать, что его работа как фотографа идеально гармонирует с настроением молодого поколения, которое так же пробует границы на прочность и сочетает в своем творчестве изобразительное искусство, фотографию, кино, видео и так далее.
Насыщенная почти энциклопедической, отчетливо европейской культурой, его работа воспринимается как неустанный поиск новых форм и материалов, и в то же время — как урок искусства фотографии колоссальной ценности. Урок, в котором нет тяжеловесности или академизма, зато много света и фантазии. Образ человека, который жаждет свободы, который любит, кроме прочего, отклоняться от протоптанной дорожки. Мастер, который постоянно и радостно прогуливает художественную школу.

Жан-Люк Монтероссо
Директор выставочного зала 'Maison européenne de la photographie'
Париж, 25 августа, 2010

(1) Интервью с Эриком Фрундером, Париж, 20 июля 2010.
(2) Вступление к каталогу выставки Galerie Boulakia, Париж, 1992.
(3) Idem.
(4) Anne Cartier-Bresson, The 'skin' of photography. Notes on the material of Karl Lagerfeld's images, стр. 215.

Поделиться

Ссылка скопирована